УМА ПАЛАТА

Интеллект некоторых врачей оставляет желать лучшего

«Сегодня в России молодой врач-это необязательно образованный человек»
Член-корреспондент РАН Дмитрий Пушкарь

О тяжелом положении, сложившемся в российском здравоохранении, не
осведомлен только слепой и глухой. Практически еженедельно в
информационных сводках с «медицинского фронта» сообщается о коррупции в
медицинской системе, ужасных последствиях врачебных ошибок, циничном и
хамском отношении врачей к пациентам. Дело зашло так далеко, что некоторые
пациенты открыто, признаются, что при посещении бюджетных медицинских
учреждений испытывают сильнейший психологический стресс, который
способствует обострению уже имеющихся недугов. Социологические опросы
продолжают бесстрастно фиксировать рост числа претензий к уровню
компетенции медиков. Так в недавнем опросе ВЦИОМ 41% респондентов
заявили о низком уровне доверия к врачам, указав, что за последние несколько
лет перепроверяли диагноз и назначения врача[1].
Отдельного внимания заслуживает такой информативный показатель качества
врачебной помощи и качества медицинского персонала как количество
врачебных ошибок. Глава Минздрава Михаил Мурашко, будучи человеком
хорошо информированным, заявил на совете ректоров медицинских и
фармакологических вузов, что «из-за врачебных ошибок тяжелые осложнения в
России каждый год получают более 70 тыс. человек» [2]. Вдумайтесь в эту
цифру. 70 тысяч человек-это население целого города в и без того стремительно
вымирающей России. Общество негодует, и раз за разом задается вопросом о
причинах подобного положения. Общественность вопрошает, сколько еще все

это будет продолжаться и когда же мы получим ту медицину, которой
достойны?
Ответ на этот вопрос выходит за рамки привычной аргументации о
низкокачественном управлении медицинской отраслью и ее систематического
недофинансирования. Для автора толчком к поиску ответа на вышеуказанный
вопрос стал незабываемый опыт общения с эскулапами из бюджетной сферы.
Трудно забыть полемику с женщиной неврологом, категорически отрицавшей
взаимосвязь психики и нервной системы, или откровения одного из
родственников, получившего в кабинете врача той же специализации емкий и
распространенный диагноз «сглаз». Последней каплей стало элегантное
объяснение участковым терапевтом сущности и целей вакцинации. Видимо,
желая сделать свое объяснение как можно более наглядным и доступным
неспециалисту, врач средних лет дала следующее емкое определение:
«…вакцина-это инфекция…». Просим читателя учесть, что подобные
разъяснения и диагнозы приходится слышать не в средние века, а в двадцать
первом веке в признанной интеллектуальной и научной столице страны. Но это
конечно частная позиция автора, не осененного пафосом академической
избранности и научными регалиями.
А что же академическое сообщество, может ли оно привести весомые доводы в
пользу тезиса, который будет обосновываться автором? Разумеется. Для
усиления психологического эффекта процитируем недооцененное интервью
четырехлетней давности [9], в котором член-корреспондент РАН и главный
уролог Минздрава Дмитрий Пушкарь откровенно охарактеризовал уровень
образования и интеллекта будущих медиков. Дадим слово маститому
специалисту: «…сегодня студенты—малообразованные, поверхностные люди.
Интернет заменил знания, прочли максимум одну-две книги сверх школьной
программы. Если спросить, для чего они пришли в медицину, то большинство
не даст внятного ответа. Мы проводили исследования, от которых пришли в
ужас. На тысячу студентов медицинского института английский язык знают

десять человек. Не десять процентов, а один! Не так знают, чтобы в кафе
яичницу заказать, а чтобы статью прочесть в научном журнале, презентацию
сделать. Без этого о каком медицинском образовании сегодня можно
говорить? Дальше мы тысячу студентов попросили продолжить строчку
Пушкина «Ах, обмануть меня не трудно…» Правильно смогли продолжить те
же десять человек…» Вкратце охарактеризовав кругозор и общекультурный
уровень будущих медиков, главный уролог страны не отказал себе в
удовольствии пройтись по их анатомическим и медицинским компетенциям. И
вот что он рассказал, апеллируя к журналистке, бравшей у него интервью:«…В
массе своей люди не понимают, насколько медицина ушла вперед. Мы считаем,
что наличие КТ и МРТ означает прорыв, — смешно! Прорыв совершают люди,
а не техника. А те студенты, с которыми мы имеем дело сегодня, никакого
прорыва совершить не могут. И не смогут до тех пор, пока условия обучения
будут позволять им окончить институт, не зная элементарных вещей. Вот
ты стояла у меня за спиной на операции вместе со студентами 4-5-го курса. Я
оперирую простату, спрашиваю их: «Что это за орган?» Знают семь из
десяти. Трое не знают! Говорю им: «Это предстательная железа». Ну
хорошо. Дальше спрашиваю: «Где она находится?» Знают пятеро. Половина!»
Чудовищно. Но в вышеуказанных примерах как раз и кроется разгадка. Здесь,
как и в случае российского здравоохранения, перед нами во весь свой
гигантский рост встаёт проблема интеллектуального и морального оскудения
общества, а также его производной-сообщества врачебного. Именно такой
математически и статистически достоверный вывод позволяет сделать анализ
исследования, описанного в работе Н.Ю. Ражиной «Интеллект как
профессионально значимое качество врача» [3]. Как явствует из статьи в 2017-
ом году было проведено исследование уровня развития интеллекта 274-х
студентов 2-го курса лечебного факультета Омского государственного
медицинского университета. Умственные способности испытуемых изучались

посредством теста-задания по методике КОТ (Краткий ориентировочный тест
В.Н. Бузина, Э.Ф. Вандерлика).
По нашему мнению, результаты, описанные в статье, просто ужасают и
заслуживают того, чтобы быть процитированными. Автор констатирует
наличие уровня интеллекта ниже среднего у 23 % и низкого у 4 % испытуемых.
Кроме прочего, утверждается, что «Результаты исследования обнаруживают
тенденцию снижения умственных способностей у испытуемых, и при условии
получения подобных данных в большей по количеству выборке мог бы
возникнуть вопрос относительно востребованности интеллекта обучающихся
при выполнении учебной деятельности в высшем медицинском учебном
учреждении. Другим объяснением можно считать отсутствие умственных
способностей у 27 % испытуемых, что ставит под сомнение их возможность
полноценного овладения профессией врача». Наталья Ражина не
останавливается на достигнутом и делает заключительный вывод: «Возможно,
полученные данные обнаруживают проблемы отдельного вуза, и в то же время
подтверждение этих результатов в других исследованиях более ярко
обозначит необходимость проведения психолого-педагогического отбора
абитуриентов именно в высшие медицинские учебные учреждения. Допускаем,
что в условиях недостатка квалифицированных медицинских кадров при
сокращении рабочих мест и увеличении должностных обязанностей в системе
бюджетного здравоохранения данное предложение покажется
несвоевременным. Однако даже в такой ситуации общество и государство не
должны пренебрегать вопросами компетентности и квалификации врачей,
так как именно от них зависит здоровье, а значит, благополучие нации…».
Из вышеуказанных выводов и обтекаемых формулировок, очевидно, что
Наталья Юрьевна весьма осторожна и дипломатична в оценках. Но подобная
позиция подходит только тем, кто считает себя лично застрахованным от
попадания на прием к врачам, представляющим описанную в исследовании
низкоинтеллектуальную выборку. Скажем больше. В любом нормальном

государстве результаты столь социально значимого исследования должны стать
поводом для принятия безотлагательных мер. Например, широкого обсуждения
создавшегося положения на правительственном уровне с привлечением
экспертного сообщества и общественности. Но, увы, мы живем совсем в иных
условиях. В условиях рыночной и демократической действительности. Поэтому
для многих пациентов посещение врача будет и дальше представлять собой
подобие игры в русскую рулетку.
Специально для тех, кто сразу оказался не в состоянии уяснить значение
интеллекта в деятельности врача, давайте процитируем Веру Наумовну Левину
доцента «Ижевской государственной медицинской академии». В своем учебном
пособии «Личностные качества врача в сотрудничестве с пациентом» (2019) [4]
автор утверждает, что «Интеллектуальная ограниченность врача приводит к
неспособности получить необходимую для диагностики и лечения
информацию, а вследствие этого к врачебным ошибкам. Врач не только не
сможет вылечить пациента, но может искалечить его или убить.
Интеллектуальные качества врача обретают нравственный смысл, поскольку от
их наличия зависит качество лечения и благополучие больного, способность
врача помочь пациенту, не причиняя ему вреда. Клиническое мышление – это
интеллектуальные алгоритмы, позволяющие провести правильную диагностику
и назначить наилучшее лечение, не допустить врачебной ошибки, не причинить
вред пациенту. Способность клинически мыслить опирается на
интеллектуальные качества».
Таким образом, мы имеем все основания полагать, что низкий интеллект всегда
подразумевает наличие психологической незрелости, а также дефицит этики и
морали. Медик с низким интеллектом не может критически оценивать
последствия своих действий, а следовательно нести за них полноценную
ответственность.

Стоит отметить, что проблема дефицита интеллекта в медицине не является
исключительно российской, специалисты в области психометрии
рассматривают снижение интеллекта в качестве общемировой тенденции,
затрагивающей большую часть стран Запада. У всех на слуху исследования
таких специалистов как Ричард Линн (Richard Lynn), Маркус Йокела (Markus
Jokela) и Кристофер Ричард Брэнд (Christopher Richard Brand). Еще в 2009-ом
году британская Daily mail сделала достоянием общественности результаты
психометрического исследования, позволившего журналисту сделать
категоричный вывод, что «ведущие профессионалы становятся менее
умными…юристы, врачи, бухгалтеры и банкиры были умнее поколение
назад…» [5]. Американские специалисты, рассматривая недостатки имеющейся
системы отбора в медицинские учебные заведения, так же обращают внимание
на значимость интеллектуальных факторов. Вместе с тем они отмечают, что
используемый для поступления в медицинский колледж стандартизированный
тест MCAT (Medical College Admission Test)  не может измерить многие
факторы,  делающие врача хорошим специалистом. По мнению экспертов, эти
факторы включают такие качества, как сочувствие, эмоциональный интеллект,
коммуникативные навыки и даже здравый смысл. Обратите внимание, что
американское научное сообщество, оперирующее англоязычными концептами,
открыто признает, что в повседневной работе врача жизненно необходим
«common sense»-«здравый смысл» [6]. У них это здравый смысл представляет
собой смысл «общий», общепринятое представление о должном. В русском
языке все даже более определенно. Выражение здравый смысл указывает нам на
то, что этот смысл должен быть «здоровым», «здравым», служить сохранению
здоровья человека и общества. Всё, что делает врач, он должен делать и делает с
мыслью о здоровье и благополучии пациента. Но может ли обладать этим
смыслом человек с низким уровнем интеллекта? Нет и еще раз нет. Давайте
укажем на типичные проявления отказа от здравого смысла в системе
здравоохранения. Иначе как отсутствием здравого смысла нельзя объяснить
укоренившуюся в российской медицине практику назначения препаратов без

должного анализа их фармакологической совместимости с препаратами,
которые пациент уже принимает по назначению других специалистов или
препаратами, которые ему только предстоит принимать. Тут правая рука не
имеет никакого представления, что делает левая.
С введением электронного документооборота пришла новая напасть,
постепенный уход от последовательного сбора анамнеза и внимательного
расспроса больного. Сюда же стоит добавить тенденцию частичного или
полного игнорирования врачами имеющихся у пациента на руках бумажных
документов: заключений, выписок, результатов исследований. Врачи
стремительно тупеют, уставившись в монитор, рассматривают все, что там
написано, как истину в последней инстанции. Подобное происходит сплошь и
рядом. При этом постоянные ссылки медиков на нехватку времени врачебного
приема вообще не должны серьезно приниматься во внимание. В обеих
ситуациях можно сделать несколько выводов, врач либо полностью
некомпетентен, безответственен или просто психически неадекватен, то есть
недружен со здравым смыслом. Ведь за каждым врачебным назначением стоит
жизнь больного, духовное, психологическое и физическое благополучие его
родственников. Целью конкретного назначения всегда должно быть облегчение
состояния пациента и продление его жизни.
На фоне отупения медицинского сообщества, дефицита морали и невысокого
уровня компетенций полным безумием и откровенной профанацией можно
назвать попытку повсеместного внедрения так называемой телемедицины.
Далекому от идеала врачу теперь еще предлагают уподобиться экстрасенсу,
вынуждая ставить диагноз и лечить больного дистанционно. Грамотный врач,
собирая анамнез и вживую наблюдая пациента, имеет возможность
контролировать и считывать множество критически важных параметров. В их
числе: состояние и цвет кожных покровов, слизистой, наличие и локализация
отеков, воспаления, специфический запах, дыхание, мышечный тонус. Крайне
высока диагностическая значимость цвета радужки и склеры глаз, позы и

мимики пациента, его голоса и психического состояния. Врач, синтезируя
получаемую визуальную информацию и совокупность данных, схватывает
гештальт, который представляет собой целостный образ больного, постепенно
уточняя его и детализируя. Нам думается, что даже не стоит подробно говорить
о постоянных спутниках грамотного специалиста перкуссии, пальпации и
аускультации, которые, в принципе, невозможно осуществлять дистанционно. О
чем упомянуть стоит, так это о малоизвестном большинству современных
российских медиков факте, а именно, наличии расовой, этнической и
индивидуальной анатомической изменчивости органов и тканей, особенностей
физиологии и метаболизма. А ведь в процессе «дистанционного лечения»
фактически предлагается оказывать системные воздействия не на конкретного
человека, а на его «изображение», качество которого полностью зависит от
качества передающего сигнала и видеооборудования.
Для того, чтобы читатель понял, что собой представляет диагностика и лечение
в условиях отсутствия доступа к телу пациента, мы процитируем результаты
другого ошеломляющего исследования, посвященного качеству
телемедицинских услуг. Исследование под названием «Качество первичных
телемедицинских консультаций «пациент-врач» (по результатам тестирования
телемедицинских сервисов) было проведено под эгидой   Научно-практического 
клинического центра  диагностики  и  телемедицинских  технологий
 Департамента  здравоохранения  Москвы [7]. Авторы исследования описывают
его содержательную часть и основные выводы следующим образом: «Для
объективизации и анализа процесса телемедицинского взаимодействия (сбора
жалоб, расспроса, рекомендаций и т.д.) составлен чек-лист. Первоначально в
исследование включены сервисы «Яндекс. Здоровье», «ММТ (ОнлайнДоктор)»,
«ТелемедХелп», «Доктор на работе», «DoctorSmart», «DocDoc»; затем по
техническим причинам 2 сервиса были исключены из исследования. Два
симулированных пациента были направлены в 4 сервиса, в итоге проведено 8
первичных телеконсультаций. Во всех случаях зафиксирован некорректный,

неполный сбор анамнеза. Целевой диагноз (в форме диагностической
концепции) был достигнут в 25,0%, а целевые назначения сделаны в 50,0%
случаев. Очный прием и дополнительные обследования рекомендованы в 75,0%
телеконсультаций. Полностью отсутствовала преемственность, в 62,5% случаев
в той или иной форме были назначены медикаментозные препараты. Требуется
безотлагательная разработка методик внутреннего и ведомственного контроля
качества медицинской помощи, оказываемой с применением телемедицинских
технологий». Выводы говорят сами за себя. Для того, чтобы понять, что
«продиагностированная» экспертами телемедицина- это вовсе не медицина, а
опасная профанация, не нужно быть умственно отсталым или, как минимум,
злонамеренным человеком. С таким же успехом телемедициной можно назвать
телевизионные сеансы А. Кашпировского.
Теперь интересно, чтобы сказали сами инициаторы внедрения телемедицины и
занятые в ней медики, если бы им и их семьям предложили бы окончательно
перейти на полное телемедицинское обеспечение? Думается, что ответ
очевиден, и подобная инициатива вызвала бы энергичный и крайне
эмоциональный протест. Потому, как люди хотят жить, а подобная форма
взаимодействия врача и пациента фактически нарушает базовые права человека
на качественную медицинскую помощь. Хотя все вполне объяснимо. Как часто
бывает в нашей жизни, многие «прогрессивно» мыслящие товарищи допускают
в отношении других то, что считают категорически неприемлемым для себя
любимых.
Подводя промежуточные итоги, мы хотели бы отметить следующее. Текущее
состояние медицины объясняется довольно просто. Медицина представляет
собой специализированный социальный институт, отражающий все пороки и
патологии общества. И, если это самое общество больно, стремительно глупеет
и деградирует, то и медицина будет болеть, глупеть и все дальше удаляться от
здравого смысла. Давайте, наконец, найдем в себе силы признать, что сегодня
медицинская профессия-это вовсе не призвание, а ремесло, которому многие

шустрые граждане стремятся «обучиться», дабы в перспективе «хорошо
устроиться», получив гарантированный заработок и достойное положение в
обществе. Не думайте, что откровенная глупость и низкий уровень интеллекта
является препятствием к «высоким личным достижениям». Совсем наоборот.
По этой причине выдающийся русский психиатр Петр Борисович Ганнушкин
(1875-1933) был вынужден ввести в научный оборот новую типологическую
категорию «конституционально глупых» людей, пытаясь осмыслить феномен
их способности к адаптации. Характеризуя данную публику, ученый утверждал,
что «Они умеют себя «держать в обществе», говорить о погоде, говорить
шаблонные, банальные вещи, но не проявляют никакой оригинальности (отсюда
выражение «Salon Blödsinn»— салонное слабоумие). Они хорошо справляются с
жизнью лишь в определенных узких, давно установленных рамках домашнего
обихода и материального благополучия. С другой стороны, сюда относятся и
элементарно-простые, примитивные люди, лишенные духовных запросов, но
хорошо справляющиеся с несложными требованиями какого-нибудь ремесла;
иногда даже без больших недоразумений работающие в торговле, даже в
администрации» [8]. В этом описании каждый из нас может узнать огромное
количество своих знакомых. Подобные люди, оказавшись не в состоянии
перешагнуть интеллектуальный Рубикон, тем не менее, парадоксальным
образом преуспевают, занимаясь медицинским или административным
«ремеслом», а то и политической деятельностью.
С учетом текущих тенденций все идет к тому, что сама возможность очного
общения с врачом-умницей и классический полноформатный прием-
обследование останутся привилегией лишь горстки избранных. Всем остальным
в ожидании плановой или экстренной госпитализации придется
довольствоваться исключительно дистанционными консультациями,
осуществляемыми при посредничестве беспристрастного и отстраненного ока
монитора.

Мы, как общество, не должны этого допустить. Медицина должна быть
качественной, доступной и высокоинтеллектуальной. Речь не идет о горстке
седовласых академиков, высококлассных специалистов, доступных «за 17.500»
только избранным пациентам или упертых фанатиках, до последнего вздоха
преданных своему делу. Стране нужна другая система здравоохранения. В этой
системе профессионализм и высокий уровень интеллекта должны стать
правилом, а отнюдь не исключением. Система должна быть справедливой,
гарантирующей высокий врачебный интеллект для всех и каждого.

Литературные источники.

1. Качество медицинских услуг: запрос на жесткий контроль. Не доверяют
   поставленному диагнозу и перепроверяют назначения врача 41% опрошенных
   россиян. Три четверти (75%) выступают за независимый контроль качества
   медицинских услуг в системе ОМС [Электронный ресурс]
   //https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/kachestvo-mediczinskikh-
   uslug-zapros-na-zhestkij-kontrol (дата обращения: 12.03.2021)
2. Минздрав сообщил о 70 тысячах осложнений в год из-за ошибок врачей
   [Электронный ресурс]//https://ria.ru/20200208/1564435275.html (дата обращения:
   12.03.2021)
3. Н.Ю. Ражина. Интеллект как профессионально значимое качество врача
   [Электронный ресурс]  http://dom-
   hors.ru/rus/files/arhiv_zhurnala/spp/2017/8/psychology/razhina.pdf (дата обращения:
   12.03.2021)
4. В.Н. Левина. Личностные качества врача в сотрудничестве с пациентом:
   учебное пособие [Электронный
   ресурс]//  https://www.igma.ru/sveden/files/Metod_Kachestva_vracha.pdf  (дата
   обращения: 12.03.2021)
5. Steve Doughty. Why doctors are not as clever as they used to be //[Электронный
   ресурс]  https://www.dailymail.co.uk/news/article-1206681/Why-doctors-clever-used-
   be.html (дата обращения: 12.03.2021)
6. Mira Michels-Gualtieri, Jacob M. Appel. New Admission Test Flawed, Won’t
   Produce Better Doctors [Электронный
   ресурс]//  https://www.medscape.com/viewarticle/924833 (дата
   обращения12.03.2021)
7. С.П. Морозов., А.В. Владзимирский., С.С. Сименюра. Качество первичных
   телемедицинских консультаций «пациент-
   врач»  https://cyberleninka.ru/article/n/kachestvo-pervichnyh-telemeditsinskih-
   konsultatsiy-patsient-vrach-po-rezultatam-testirovaniya-telemeditsinskih-
   servisov/viewer (дата обращения: 12.03.2021)
8. Г.П. Ганнушкин. Клиника малой психиатрии. Группа конституционально
   глупых [Электронный
   ресурс]// https://www.psychiatry.ru/lib/1/book/6/chepter/18 (дата обращения:
   12.03.2021)
9. «Через 10–15 лет у нас образованных врачей в принципе не будет» Главный
   уролог Минздрава Дмитрий Пушкарь— о проблемах медицинского образования
   в России [Электронный
   ресурс]//https://www.google.com/amp/s/www.kommersant.ru/amp/3205843 (дата
   обращения: 12.03.2021)

Федор Дрожин